История 6 класс учебник Мединский, Торкунов - страница 108

   Для изготовления лаптей мастера использовали тонкие полоски липовой коры, иногда прибегая к березе или иве. Этот материал, известный как лыко, предварительно вымачивали, затем нарезали на узкие ленты. Подобно тому, как плетут корзины, эти ленты аккуратно оплетали деревянную колодку, служившую основой для обуви. После завершения плетения, готовые лапти отправляли на сушку. Для удобства ношения к ним крепили кожаные ремешки, называемые онучами, которые надежно фиксировали обувь на ноге. Лапти отличались своей легкостью и доступностью, однако их срок службы был невелик, и они быстро приходили в негодность.

   Образ жизни представителей знати (князей и бояр) и обычных людей (крестьян и горожан) существенно отличался по ряду аспектов:
Жилища:
   • Простолюдины: Обычные люди проживали в скромных жилищах, таких как полуземлянки или небольшие деревянные избы.
   • Знать: Представители высших сословий обитали в просторных и многофункциональных усадьбах, включающих в себя отдельные постройки: парадные покои (терема), жилые комнаты (горницы), хозяйственные помещения (конюшни, кладовые и т.д.).

Одежда:
   • Большинство населения: Одежда большинства людей была незамысловатой. Мужчины носили рубахи и штаны (порты), а также короткие кафтаны без воротника (зипуны). Женщины облачались в длинные рубахи, поверх которых надевали юбки (понёвы).
   • Состоятельные слои: Богатые люди предпочитали одежду из дорогих материалов, таких как шёлк или парча. Вместо зипунов они носили роскошные шубы и кафтаны, отделанные мехом.

Освещение:
   • Простолюдины: Для освещения своих жилищ простые люди использовали лучины — тонкие деревянные щепки, которые тлели и давали свет.

Обувь:
   • Сельские жители: Крестьяне обычно носили плетёную обувь из лыка — лапти.
   • Горожане: Жители городов часто использовали кожаную обувь, например, поршни.
   • Богатые: Представители знати могли позволить себе более дорогую обувь, такую как сапоги или изящную обувь из сафьяна.

   В 863 году братья Кирилл и Мефодий совершили прорыв, создав славянскую азбуку. Этот акт положил начало письменности и богослужебному языку для всех восточнославянских народов. Их наследие стало фундаментальным культурным «общим корнем», что объясняет наличие памятников в местах, где глубоко почитаются истоки письменной культуры, таких как Москва, Новгород, Владивосток и Копенгаген.

   Древние стены храмов, словно страницы забытых книг, хранят множество надписей — от имен и дат до кратких обращений к высшим силам. Археологические находки, такие как более тысячи берестяных грамот X–XIV веков, написанных не только представителями знати, но и людьми самых разных сословий — купцами, ремесленниками, и даже детьми (яркий пример — письма Онфима), — неопровержимо свидетельствуют о широком распространении грамотности в ту эпоху.

   В то время как киевские былины фокусировались на жизни княжеского двора, где ключевую роль играли дружина и военные достижения, Новгород представлял собой торговую республику. Его процветание и значимость определялись не военными успехами, а активной торговлей. Следовательно, народное творчество отразило эту разницу, сделав героями киевских сказаний воинов и дружинников, а новгородских легенд — предприимчивых купцов, таких как Садко и Ставр.

   На страже родной земли стоят три исполина: Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович. Их могучие силуэты застыли в готовности, оружие наготове, а взоры устремлены к горизонту. В этом полотне Васнецов воплотил идеал русских защитников — сильных духом и телом, неусыпно бдительных и нерушимо сплочённых, готовых отразить любой вражеский натиск.

Основные мысли, пронизывающие «Слово о полку Игореве»:
   • Боль за раздробленность Руси: Произведение скорбит о междоусобицах князей, которые, подобно внутренним ранам, истощают силы земли Русской.
   • Зов к единению перед лицом врага: Автор страстно призывает русских князей забыть распри и объединиться, чтобы дать отпор кочевникам-половцам.
   • Глубокая привязанность к родной земле: Слышится плач самой земли Русской, которая страдает от бедствий своих сыновей.
   • Восхищение мужеством и горькое осознание цены поражения: «Слово» воспевает храбрость русских воинов, но одновременно с горечью осмысливает трагические последствия их неудачного похода.

   Основная масса хронологических данных, фактов и персональных упоминаний черпается из летописных источников, таких как «Повесть временных лет» и Владимирский свод. Поскольку учебник опирается на их пересказ, анализ и цитирование, летописцы фактически выступают соавторами составителей учебного материала.

Влияние Византии на становление русской архитектуры проявилось в следующих ключевых аспектах:
   • Структурные решения: Внедрение крестово-купольной системы и центрального купола как основного композиционного элемента.
   • Материалы и отделка: Применение плинфы (тонкого обожженного кирпича), свинцовых кровельных покрытий, а также использование мозаик и фресок для внутреннего убранства.
   • Иконографические и декоративные элементы: Заимствование и адаптация византийских иконографических схем, таких как изображения Оранты и Христа Пантократора, а также характерных мотивов в декоре.
   • Технологический и кадровый обмен: Передача передовых строительных технологий и привлечение квалифицированных мастеров. Ярким примером служит строительство Софии Киевской в 1037 году, осуществленное совместными усилиями византийских и русских зодчих.

   В эпоху феодальной раздробленности особую роль в развитии культуры играли такие центры, как Новгород, Владимиро-Суздальское княжество (с центром во Владимире) и Смоленск.

   На Руси в XII веке возводились крестово-купольные церкви с круглыми куполами, олицетворявшими небеса. Эти храмы, чья архитектура следовала византийским канонам, отличались строгостью и монументальностью, украшаясь мозаиками, фресками и резьбой (яркий пример — соборы Владимира). В то же время, в Западной Европе с XII века набирала силу готика, характеризующаяся высокими остроконечными арками, витражами и башнями, как, например, в соборе Парижской Богоматери. Таким образом, русская архитектура того периода сохраняла византийскую округлость и основательность, в отличие от европейской, устремленной ввысь и к остроте форм.